На россии грозит новый бунт

Мятеж Пригожина привел к усилению влияния и полномочий группы ФСБ, подконтрольной Николаю Патрушеву, секретарю Совета безопасности России. Эта группа не находится в ведении администрации Кремля.

Она по-прежнему ведет свою игру, чтобы усилить власть Дмитрию Патрушеву, нынешнему министру сельского хозяйства России. Это объясняет требование Москвы переподключить Россельхозбанк к SWIFT (банк находится в сфере влияния Дмитрия Патрушева).

Используя сеть компаний, финансируемых Россельхозбанком, Дмитрий Патрушев сохраняет контроль над приобретением иностранных компаний в россии, утверждает Институт Роберта Лансинга (RLI), который, судя по характеру информации, использует кремлевский инсайдерский источник «Генерал СВР» и «эксклюзивные» сливы путинских «тайн» от профессора Валерия Соловья.

Напомним, что по мнению бывшего агента резидентуры КГБ в Вашингтоне, этнического украинца Юрия Швеца, телеграм-канал «Генерал СВР» и Валерий Соловей выступают в роли канала активных мероприятий группы Патрушева.

Между тем авторы материала от RLI пишут, что рост влияния Патрушева проявляется якобы в высказывании прямых обвинений в адрес Путина в ходе видеоконференций и резкой критике армейского руководства путем опровержения его докладов главе государства.

В публикации подчеркивается, что мятеж явно ослабил центральную власть в Москве и очередной переворот вполне возможен. Кремлевский режим сейчас достаточно слаб, чтобы противодействовать мятежу.

По мнению авторов материала, Путин стремился избежать публичных дискуссий о предателях в армии. Однако это вызвало обратный эффект: Кремль продемонстрировал свою слабость и безнаказанность восстания.

В публикации далее сказано:

В ближайшие полгода это может привести к новым демаршам. Они могут быть спровоцированы неудачами военного командования в Украине на фоне продолжающегося давления президента, требующего успешных результатов на передовой.

Пока продолжается война в Украине, игроки военного блока уверены в своей неприкосновенности. Однако в случае крупных потерь и поражения на фронте Путину придется искать виновных; это увеличивает риски для Кремля со стороны военных, которые будут стремиться уйти от ответственности, как перед президентом, так и перед Международным трибуналом.

Восстание повлияло и на поведение Путина. Он проявляет себя как нерешительный, медлительный в принятии решений. Очевидно, что мятеж дестабилизировал президента и заставил его опасаться принятия каких-либо радикальных решений, способных изменить поведение и повлиять на лояльность его окружения.

Что касается Пригожина, то он свободно передвигается по России, продолжает заниматься бизнесом и заключает госконтракты. После переворота его структуры подписали девять контрактов на общую сумму 11 миллионов долларов.

Все заявления пресс-секретаря Путина о его встречах с Пригожиным и некоторыми командирами «ЧВК Вагнера» оказались фейком, пишут авторы материала, слово в слова повторяя утверждение Валерий Соловья и «Генерала СВР», которые активно опровергают сообщение Пескова о такой встрече.

Авторы статьи пишут:

Сам этот факт также сигнализирует о возможности сохранения связи с Кремлем в случае демарша. Временный иммунитет Пригожина можно объяснить тем, что он обладает информацией и контролем над определенными материальными активами, расположенными в Африке (вероятно, в Центральноафриканской Республике). Этим объясняется решение Путина дать добро «Вагнеру» на продолжение деятельности в ЦАР.

Авторы материала пишут, что мятеж укрепил позиции братьев Ковальчуков и Ротенбергов. При этом Ковальчуки имеют тесную связь с Пригожиным.

Не исключено, что эта группа делает ставку на Кириенко как на потенциального преемника Путина.

В публикации RLI повторяется версия «Генерала СВР» и Валерия Соловья о том, что Путин болен. Именно поэтому, он якобы, все реже и реже показывает себя на официальных мероприятиях, а использует двойников.

Авторы статьи пишут, что на данный момент идет консолидация кремлевских кланов против группы Патрушев-ФСБ, что, вероятно, разожжет скандалы в СМИ. Однако эти элиты недостаточно сильны, чтобы подорвать влияние силовиков, единственных гарантов безопасности Путина после недавнего переворота.